Slavica Occitania

Autour de Nicolas Roerich : art, ésotérisme, orientalisme et politique

[Sommaire du numéro]

Isrun Engelhardt

L’évolution de l’image du Tibet dans la pensée et les écrits de Nicolas Roerich : d’une spiritualité exaltée à un chamanisme dépravé

Résumé

Nicolas Roerich, sa femme Elena et leur fils aîné Youri (Georges) quittent en mars 1925 la ville Darjeeling dans le nord-ouest de l’Inde pour entamer leur longue expédition en Asie centrale qui s’achèvera en mai 1928 par le retour à Darjeeling. À Ourga (Oulan Bator), qu’ils atteignent en septembre 1926, ils projettent ouvertement de voyager au Tibet dont ils idéalisent sous l’influence de la théosophie de Mme Blavatsky. Quoique parfaitement au courant que Lhassa se réserve le droit exclusif d’accorder des autorisations de voyage aux Occidentaux, ils déposent, dans la capitale mongole, une demande de permis d’entrée au titre de pèlerins bouddhistes. Après plusieurs mois de négociations avec l’agent tibétain à Ourga, qui n’était autorisé, semble-t-il, qu’à établir des permis d’entrée pour les pèlerins mongols, ils réussissent, on ne sait trop comment, à obtenir les fameuses autorisations.
Cependant, en octobre 1927, à Nagchu, leur progression vers Lhassa est empêchée par une patrouille tibétaine. En dépit de longues et intenses négociations, les passeports et le statut de pèlerins des membres de l’expédition ne sont pas reconnus ; alors que les autorités tibétaines ne les empêchent que d’entrer au Tibet autonome et que rien ne leur interdit de retourner en Mongolie ou en Chine, les voyageurs passent l’hiver à près de 4 700 mètres d’altitude à atteindre l’autorisation de procéder plus au sud.
L’échec de l’expédition marque la destruction complète de leur idéalisation du Tibet et de la vision exaltée qu’ils en avaient au point que Roerich et ses compagnons de voyage deviennent même les critiques les plus virulents de tout ce qui était tibétain. Après leur retour, Roerich et ses proches lancent une vaste campagne de presse aux États-Unis et en Inde pour dénigrer tout ce qui avait à voir avec le Tibet ; de façon étonnante, cette campagne de presse n’a eu que peu d’influence sur l’image de ce pays par la suite.

Roerich’s Shifting Perceptions of Tibet

Abstract

With an idealized Theosophical view of Tibet, Nicholas Roerich with his wife Elena and his son George (Yuri) started in March 1925 out from Darjeeling on their long Central Asian expedition, which lasted until 1928.
In Urga (Ulan Bator), they openly developed a plan to travel to Tibet.
Although the Roerichs were well aware of that the exclusive right to issue travel permits for Westerners was reserved by Lhasa, they applied in Urga for an entry permit as Buddhist pilgrims. After months of negotiations with the Tibetan agent there, who was apparently only authorized to issue pilgrim permits for Mongolians, they somehow succeeded to get the desired travel permits.
However, they were stopped by Tibetan patrols in October 1927 near Nagchu. Despite numerous negotiations, the expedition members’ passports and status as pilgrims were not recognized and they were forced to sit out the Tibetan winter at an altitude of ca. 4700 m until March 1928, although the Tibetan authorities were only preventing them from entering autonomous Tibet and there was nothing to hinder them returning to Mongolia or China.
Thus the exalted and idealized view of Tibet held by Roerich and the other members had been devastated by the failure of the expedition, Roerich and his companions became the harshest critics of everything Tibetan.
After their return, they launched a widespread press campaign of vilification in the US and India, discrediting everything to do with Tibet, which had surprisingly little influence on later representations of Tibet.

Как менялись взгляды Рериха на Тибет: от экзальтированной духовности до извращённого шаманизма

Peзюмe

Николай Рерих, его жена Елена и их старший сын Юрий в марте 1925 года отправляются из города Дарджилинга, расположенного на северо-западе Индии, в длительную экспедицию по Центральной Азии, которая закончилась в мае 1928 года возвращением в Дарджилинг. В Урге (сегодняшний Улан-Батор), куда семья добирается в сентябре 1926 года, они намереваются открыто путешествовать по Тибету, который они идеализируют под влиянием теософии Елены Блаватской. Хотя им и известно, что Лхаса оставляет за собой исключительное право на выдачу разрешений на въезд выходцам с Запада, в монгольской столице они всё же подают прошение разрешить им въезд как буддийским паломникам. После многомесячных переговоров с тибетским представителем в Урге, по всей видимости, имевшим право выдавать разрешения только монгольским паломникам, Рерихам каким-то образом удаётся это разрешение получить.
Однако в октябре 1927 года в Нагчу на пути в Лхасу их задерживает тибетский патруль. Несмотря на долгие и упорные переговоры, паспорта и статус паломников не признаются. Хотя тибетские власти запрещают им въезд только в автономный Тибет, и ничто им не мешает вернуться в Монголию или Китай, путешественники решают зимовать на высоте 4700 метров, ожидая разрешения пройти южнее.
Неудача этой экспедиции привела к полному крушению их мечты об идеализированном Тибете. От экзальтированного восхищения Рерих и его спутники переходят к яростной критике всего тибетского. По возвращении Рерих и его соратники начинают широкую кампанию в американской и индийской прессе по дискредитации всего связанного с Тибетом. Как ни странно, эта кампания имела в дальнейшем очень мало влияния на представления об этой стране.

Pour citer ce document

Isrun Engelhardt, «L’évolution de l’image du Tibet dans la pensée et les écrits de Nicolas Roerich : d’une spiritualité exaltée à un chamanisme dépravé», Slavica Occitania Numéro 48 - Autour de Nicolas Roerich : art, ésotérisme, orientalisme et politique, 2019, p. 201-237.